19 мая по старому стилю / 1 июня по новому стилю | понедельник |
Седмица 1-я по Пятидесятнице (сплошная).
День Святого Духа
Сщмчч. Патри́кия, еп. Прусского, и с ним трех пресвитеров: Акакия, Мена́ндра и Полие́на (ок. 100). Прп. Корнилия Коме́льского, чудотворца (1537). Блгвв. вел. кн. Димитрия Донского (1389) и вел. кн. Евдокии, в инокинях Евфросинии (1407) (празднование может быть перенесено на вторник, 20 мая).
Прп. Корнилия, игумена Палеостровского, Олонецкого (ок. 1420). Блгв. кн. Иоанна Угличского, в иночестве Игнатия, Вологодского (1523). Прп. Сергия Шухтовского (1609). Мч. Калу́фа Еги́птянина (284–303). Прп. Иоанна, еп. Готфского (790). Собор святых Белгородской митрополии*.
Сщмч. Матфи́я Вознесенского пресвитера (1919); сщмч. Виктора Каракулина пресвитера (1937); сщмчч. Онуфрия, архиеп. Курского, Антония, еп. Белгородского, Митрофана Вильгельмского, Александра Ерошова, Михаила Дейнеки, Ипполита Красновского, Николая Садовского, Василия Иванова, Николая Кулакова, Максима Богданова, Александра Саульского, Павла Брянцева, Павла Попова, Георгия Богоявленского пресвитеров и мч. Михаила Вознесенского (1938); прмч. Валентина Лукьянова (1940).
Тупичевской и Кипрской икон Божией Матери (переходящие празднования в День Святого Духа).

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года.

Проповеди. Протоиерей Вячеслав (Трубин).
Богатство и окрадывается, и бывает отнимаемо сильнейшими, а добродетель душевная — одна есть стяжание безопасное и некрадомое, и притом такое, которое по смерти спасает стяжателей своих. Тех, кои так рассуждают, не увлекает призрачный блеск богатства и других утех.
Если есть у кого богатство в руках и достаток, то не полновластный он господин сего, а только приставник, потому что и сам получил сие от другого и опять после него перейдет сие в наследство другому по повелению Создателя. А потому надлежит исповедовать милость Давшего.
С роскошью умножается всякое зло и поедает души человеческие, как пожар, который, начавшись в одном доме, сжигает весь город или село, или как моровая болезнь, которая, начавшись в одном человеке, многих находящихся вокруг заражает и умерщвляет.
Богатство обыкновенно само ищет того, кто его бегает и убегает того, кто его ищет; не столько чтит ищущего его, сколько презирающего; ни над кем так не издевается, как над своими искателями; и не только издевается над ними, но и опутывает их бесчисленными узами.
…Кто владел богатством, тому нелегко вырваться из оков его; такое множество недугов объемлет его душу, т. е. страстей, которые как-бы густое и темное облако, заграждая взоры ума, не попускают взирать на небо, но заставляют преклоняться вниз и смотреть в землю.
Когда о блаженной и мучительной вечности будешь размышлять, то размышление это, как ветер мглу, мысли твои о прихотях и роскоши развеет, и ничего не потребуешь, кроме нужного. Похоти и роскоши много надобно; естество малым довольствуется.
Похоть же много желает и роскоши ищет. […] Она никогда насытиться не может, подобно тому как жар у больного утолиться не может, сколько бы он ни пил. Познай же и похоть, и нужду естественную, и поступай по требованию естества, а не по желанию похоти.
Если ты богат, — подумай, что отдашь отчёт: на блудниц истратил ты деньги или на бедных; на тунеядцев и льстецов или на нуждающихся; на распутство или на человеколюбие; на удовольствие, лакомство и пьянство или на вспоможение несчастным?
…Богатство, если его запирают и закапывают, бывает свирепее льва и везде наводит страх. А если ты выведешь его из мрака и посеешь в недра бедных, то этот зверь становится овцою, предатель – защитников, подводный камень – пристанью, кораблекрушение – тишиною.
Людям надобно или совсем не приобретать ничего излишнего, или, имея то, быть твёрдо уверенным, что все житейское по естеству тленно, может быть отнято, потеряно и разрушено, и что потому, когда случится что, не должно малодушествовать.
…За всё слава Премилосердому Богу, изливающему нам во всяком случае неизречённые блага! Ибо источник благости не может источать из себя никаких других волн, кроме благостных, не понимая коих человек часто ропщет на Всеблагого.
Богатые в настоящей жизни ничем не отличаются от малых детей, которых беспокоят щенята, так как все лают вокруг них, теребят их и тащат, не только люди, но и низкие страсти, чревоугодие, пьянство, лесть и всякого рода распутство.
Если же надмевает тебя неправедно собранное богатство, то оно скоро изблюется тобою, потому что по природе своей течет и не постоит на месте. А ты возбудишь великий смех, прилепившись к преходящему, как к чему-то постоянному.
Что имеешь у себя богатство, это справедливо, а что удерживаешь его у себя, это несправедливо. Сделай его общим достоянием, чтобы чрез это сделалось оно твоим, во время нужды став искупительною ценою и умилостивительною жертвою.
…Если увидишь грешника, предающегося хищению и корыстолюбию и делающего множество зла, и однако благоденствующего, то подумай: он сделал когда-нибудь нечто доброе, и получает здесь блага, чтобы там не требовать награды.
У нас большей частью забота о стяжании благ, только, к сожалению, часто земных и временных, а не небесных. Забываем мы, что земные блага скоропреходящи и неудержимы, тогда как блага небесные вечны, бесконечны и неотъемлемы.
Авраам был богат, но не был сребролюбив; потому что не заглядывал в чужой дом, не любопытствовал о чужом имении; но, выходя (из своего дома), смотрел, нет ли где странника, нет ли где нищего, чтобы помочь нищете и принять путника.
Если Сотворивший все единым словом не имел, где главу подклонить, то ты, несчастный человек, зачем предаешься попечениям о суетном, зачем ослепляешься несытостию безумною?
Золото изострило меч у людей; золото погубило ненасытимого плавателя в волнах весеннего потока; надежда получить золото разорила и меня – огромную и прекрасную гробницу. Для людей несправедливых – все ниже золота.
Все, […] которые откладывают (и копят) богатства, суть нищие и даже хуже всех нищих, ибо нагими, как выброшенная падаль, они (повергаются) в могилы, будучи и в настоящей жизни несчастными и в будущей – странниками (и пришельцами).
Блаженство, пойми, не в обильной трапезе, не в веселом пении, не в текущем отовсюду богатстве, но в довольстве малым, в том, чтобы не иметь недостатка в необходимом. Первое делает душу рабою, а последнее – царицей.
Отсеки эту страсть (сребролюбия); она рождает следующие болезни: делает нечестивыми, ведёт к забвению Бога, несмотря на Его бесчисленные благодеяния. […] Она способна произвести тысячи гибельных смертей.
Богатства, по свойству своему, не только не придают славы обладающим ими, но совершенно уничтожают ее. Тех, которые хвалятся их обилием, все признают людьми жестокими, бесчеловечными, негодными и чуждыми любомудрия.
Бог сделал тебя богатым, чтобы ты помогал нуждающимся, чтобы искуплял свои грехи спасением других; дал тебе деньги не для того, чтобы ты запирал их на свою погибель, а чтобы расточал для своего спасения.
…Когда ты увидишь, что кто-либо, провождал жизнь в нечестии, не терпит здесь никакого бедствия, не ублажай его, но плачь и сожалей о нем, как о человеке, который там <за гробом> подвергнется всем бедствиям…
Кто живет покойно и не имеет искушений, тот подвержен двум невыгодам: первая, что не так усердствует к Богу и не от всей души благодарит Его, а вторая, что ум его неизбежно вдается в суетные попечения и заботы.
Желающие обогатиться впадают в напасти и сети, которые приготовляет им самое их стремление к обогащению. Первым плодом этого стремления является множество попечений и забот, отводящих ум и сердце от Бога.
Бог попустил тебе иметь больше других не для того, чтобы ты тратил на блудодеяние, и пьянство, и пресыщение, и дорогие одежды, и на другие предметы роскоши, но для того, чтобы ты уделял нуждающимся.
Чтоб получить истинное, свойственное вам неотъемлемое достояние, сохраните верность Богу при распоряжении срочно-вверенным. Не обманите себя: не сочтите земного имущества собственностью!
Нестяжание и отречение от мира есть необходимое условие к достижению совершенства. Ум и сердце должны быть всецело устремлены к Богу, все препятствия, все поводы к развлечению должны быть устранены.
…Кто трудится для тленного, тот подобен винограднику, который воспитывает в себе стволы, листья и вьющиеся лозы, но не дает вина, производящего веселье и достойного царских хранилищ.
Не считай блаженными людей богатых, одерживающих победу над врагами и получающих за это похвалы; всё это — опасные пропасти для невнимательных, увлекающие в самую глубину нечестия.
Не должно думать, чтобы мы могли сделать кого-либо несчастным или благополучным. Это принадлежит только Богу и собственной воле человека, если благоразумен пребывает перед Сотворшим его.
Преспеяние в нестяжательности доставляет тебе досуг преспевать в изучении словес Божиих. Пособие же того и другого содействует к скорому возведению целого здания добродетелей.
Любостяжательность, не дающая никакого покоя своему служителю, который, чем больше работает, услуживая велениям владыки и приобретая по его пожеланиям, тем к большому всегда понуждается труду.
Слава и могущество, […] почести и власть — однодневны и кратковременны, умирают скорее людей, обладающих ими; словом, мы видим, что «они» ежедневно гибнут, так же как и тела «человеческие».
Не очень хвали благополучие здешней жизни, как наученный помышлять о том, что важнее видимого. Смотри, не ведет ли меня трудный путь на высоту, а тебя — удобство пути к стремнине?
Видишь ли человека любостяжательного и имеющего большое богатство, – не устремляй туда ока своего: это грязь, дым, дурное испарение, тьма, великая теснота, безпокойное изнурение.
Как же можно спастись богатому? – Все стяжание свое делая общим для нуждающихся, […] изгоняя из души пристрастие к большему, и ни в каком случае не преступая пределов необходимого.
Богатые! […] когда богатство умножается, не прилагайте к нему сердца (Пс.61:11); знайте, что полагаетесь на вещь непрочную. Надобно облегчить корабль, чтобы легче было плыть.

