opt
Четверг, 21 Февраль 2019 (08.02 по старому стилю). Поста нет.


Вмч. Феодора Стратилата (319). Прор. Захарии Серповидца, из 12-ти (ок. 520 г. до Р. Х.).

Свт. Саввы II, архиеп. Сербского (1271).

Сщмчч. Симеона Кульгавца, Андрея Добрынина, Сергия Любомудрова и Петра Маркова пресвитеров (1938); сщмч. Александра Абиссова пресвитера (1942).

1 Ин., 69 зач.,I, 8II, 6. Мк., 62 зач.,XIII, 31XIV, 2. Вмч.: 2 Тим., 292 зач.,II, 1–10. Мф., 36 зач.,X, 16–22.


day-big

День за днем. Размышления православного священника.

21.02/08.02
Отказаться от лжи
 
"Посему, отвергнув ложь, говорите истину" (Еф. 4, 25)


Апостол Павел обращается с этими словами к людям, которые уже познали истину христианства, и убеждает их отказаться вполне от лжи, столь распространенной во все времена. Итак, по-видимому, даже после обращения душа человеческая не сразу и не без труда сбрасывает с себя эту ложь, в которую облекается, как в привычную одежду Мы постоянно обмениваемся пустыми словами, мы невольно увлекаемся внешностью, мы обманываем друг друга, предавая обыденным разговорам преувеличенное значение, и под предлогом любезности говорим много лишнего. И не только в речах наших, но и во взглядах, в самих чувствах и мыслях, увы, редко встречается безусловная правда. Ко всем нашим суждениям примешивается нечто неестественное, чему мы даем название светских приличий; мы смотрим на все глазами принятых предрассудков, слишком редко отдаваясь влечению нашего сердца. Как редко мы думаем и чувствуем правильно! Сколько раз, вопреки внушению нашей совести, вопреки Слову Божию, мы довольствуемся в своих поступках лишь приблизительной честностью; как часто нашими словами мы искажаем и прикрываем истину!
Однако для того, чтобы заслужить название чад Божиих, необходимо всегда и во всем строго держаться высшего Закона, который не допускает двойственности ни в чем. Правда должна лежать в основе каждой нашей мысли, руководить нами на каждом шагу жизненного пути.
gur-big

Пролог в поучениях (протоиерей Виктор Гурьев).


Грешно предаваться безнадежной скорби о умерших детях

(О блаженной Клеопатре и сыне ее Иоанне)

Тяжело родителям переносить скорбь о смерти детей. Всю глубину этой скорби могут вполне понимать и чувствовать только те, которые сами лишились детей. Но как ни тяжело это лишение, грешно поступают те родители, которые в скорби об умерших детях доходят до малодушия и уныния и даже близки к совершенному отчаянию. Для вразумления таковых мы полагаем неизлишним привести следующее повествование из жизни блаженной Клеопатры, память которой св. Церковь совершает в 19-й день октября.

Эта благочестивая вдова имела особенную любовь к св. мученику Уару, тело которого было погребено ею в её владении. Она устроила в честь его церковь и пожелала перенести в оную его св. мощи. В день перенесения их она особенно усердно просила св. мученика, чтобы он принял под свое покровительство её единственного сына, отрока двенадцати лет, которого надлежало отправить ей в воинскую службу. Молитва её была услышана, и мученик действительно стал покровителем её сына, но только не в воинской службе. Случилось, что отрок в тот же день тяжко заболел и в наступившую ночь скончался. Вместо того, чтобы покориться воле неисповедимого в путях Своих Господа, Клеопатра предалась великому отчаянию. Она дошла даже до того, что стала приписывать потерю сына мученику и жестоко укорять его. Искушение продолжалось, однако, недолго. Вскоре св. Уар явился ей вместе с её сыном и сказал: "за что ты укоряешь меня? Ужели за то только, что я взял сына твоего в воинство небесного Царя?" Вслед за мучеником, и сын её обратился к ней с такими словами: "что так скорбишь безнадежно, мать моя? Я ныне вчинен в воинство Царя Христа и вместе с Ангелами предстаю Ему, а ты желаешь, чтобы я от царства перешел в убожество." Слыша эти слова и видя сына своего облеченным в небесную славу, изумленная и обрадованная мать воскликнула: о, если так, то возьмите и меня с собою! - "Будь терпелива, ответил ей мученик, и устрой имение твое во славу Господу, а после сего и сама уже придешь в вечные жилища." Видение кончилось, а с ним миновалось и отчаяние Клеопатры. После погребения сына она действительно поступила с имением, как советовал ей мученик, т.е. раздала его бедным и затем в продолжение года каждый воскресный день сподоблялась видеть сына своего, с мучеником Уаром, в ангельской одежде, а затем и сама скончалась мирно, угодивши Богу.

Итак, братие, сели вы воспитали детей своих в истинной вере и благочестии, если не только словами, но и примером научили их христианскому житию, то в случае, если бы Господу угодно было кого-нибудь из них воззвать к Себе, разлука с ними ужасать вас и приводить в отчаяние не должна. Под непосредственным и вседержавным покровительством общего Отца они сохранятся от всякого зла видимого и невидимого, возрастут во всем добром и прекрасном, притом послужат за вас молитвенниками, пока живете на земле сей, и обрадуют вас несказанно при свидании в жизни будущей. Аминь.

dobro-big

Добротолюбие избранное для мирян.

СИЛА БОЖИЯ

Преп. Антоний Великий
- Сколько непостижима сила и могущество Божий, столько непостижимы и действия Его. Как неизмерима Его премудрость, так и неисследимы пути Его (Рим. 11, 33).

Преп. Арсений Великий
- Вопросил однажды авва Арсений одного из египетских старцев о своих помыслах. Это увидел некоторый брат и спросил его: "Авва Арсений! почему ты, будучи столько сведущ в учености Греции и Рима, вопрошаешь о твоих помыслах этого, чуждого всякой учености?" Арсений отвечал: "Науки Греции и Рима я знаю, но еще не узнал алфавита, который преподается этим, ничего не знающим в учености мира".
- Если взыщем Бога, то Он явится нам, и если будем удерживать Его в себе, то Он пребудет с нами.
- Сказал авва Марк авве Арсению: "По какой причине ты избегаешь общества и беседы с нами?"Арсений отвечал: "Знает Бог, что я люблю вас, но не могу быть вместе и с Богом и с человеками. На небе тысячи и тысячи имеют одну волю, а у человеков воля многообразна и потому не могу, оставив Бога, быть с человеками".
- Когда настало для аввы Арсения время кончины, тогда братия, бывшие при нем, увидели, что он плачет. Братия сказали ему: "Отец! Неужели и ты страшишься?" Он отвечал: "Страшусь! Страх, ощущаемый мною в настоящий час, пребывал со мною с того времени, как я сделался монахом".
- Авва Агафон, когда видел какое-либо дело, и помысл побуждал его к осуждению, говорил сам себе: "Агафон! Ты не сделай этого".

Исаия отшельник
- Откуда могу знать, угоден ли я Богу, чтобы сказать брату: поступи так или иначе. Сам нахожусь еще под игом покаяния по причине грехов моих.
- Малое облако, нашедши на солнце, пересекает действие и света и теплоты его: поймите из этого примера действие мелочей на подвижника, не понимаемое незнающими существенно монашеской жизни.
- Впадающий в грех не может научить тому, как не впадать в него.
- Венец добродетелей - любовь, венец страстей - оправдание грехов своих.
- Если скажут о тебе что несправедливо и ты смутишься, то нет в тебе страха Божия.

Преп. Исаак Сирин
- Приноси Богу прошения твои сообразно величию Его, чтобы возвысилось пред Ним достоинство твое, и Он возрадовался бы о тебе.
Если кто попросит у царя небольшое количество грязи, то не только обесчестит себя ничтожностью прошения, как выказавший большое неразумие, но и царю нанесет оскорбление своим прошением. Так поступает и тот, кто в молитвах просит чего-нибудь земного. Ангелы и Архангелы - эти вельможи Небесного Царя - смотрят на тебя во время молитвы твоей, внимая тому, чего просишь ты у Владыки их: они удивляются и радуются, когда увидят, что составленный из земли, оставя плоть свою, просит небесного; напротив, они огорчаются на того, кто, оставив небесное, просит своей грязи.
- Сокровище смиренномудрого внутри него, оно - Господь.
- Небо находится внутри тебя, если ты чист; в самом себе ты увидишь Ангелов и святых их, а с ними и в них и Владыку их.

Преп. Иоанн Колов
- Кто крепче льва? Но и он из-за чрева своего попадает в сеть, тогда вся сила его не служит ни к чему.

Иоанн, игумен в Раифе
- Что может грех там, где покаяние? Какое может иметь преспеяние любовь там, где гордыня?!

Авва Иосиф Египетский
- Если хочешь обрести покой в этом и в будущем веке, то при всяком случае говори себе: я - кто? и не осуждай никого.
- Авва Лонгин сказал авве Лукиану: "Хочу удалиться от человеков". Старец отвечал: "Если прежде не приведешь себя в правильное настроение, пребывая между человеками, то не возможешь стяжать его, живя наедине.

Преп. Пимен Великий
- Доколе котел разогрет горящим под ним огнем, дотоле не дерзают прикасаться к нему ни муха, ни какое другое пресмыкающееся. Когда же котел остынет, тогда свободно садятся на него все гады. Так и инок: доколе пребывает в духовном делании, дотоле враги не находят возможным победить его.

Св. Лукиан
- Когда же наступил праздник Богоявления Господня, то святой Лукиан пожелал, чтобы ему и всем находившимся с ним (в тюрьме, он пострадал при Галерии и Диоклитиане) христианам дозволено было причаститься Святых Христовых Тайн. Он помолился Богу, дабы получить желаемое, и Бог устроил так, что по недосмотру стражи, некоторые из верующих собрались к Лукиану в темницу и принесли хлеб и вино. Тогда св. Лукиан сказал ученикам своим и всем христианам, находившимся в темнице:
- Встаньте вокруг меня и будете Церковью, ибо я верую, что Церковь живая лучше и благоприятнее для Бога, чем построенная из дерева или камня.
Когда затем все обступили Лукиана, он сказал:
- Совершим литургию и причастимся Божественных Тайн.
Ученики спросили его:
- Где же мы, отче, положим хлеб для совершения Святых Тайн! - У нас нет здесь стола.
Он же, возлежа связанный, лицом кверху, сказал:
- Положите у меня на груди, и будет живой престол живому Богу.
Так, в темнице, на груди святого совершилась Божественная литургия, со всеми надлежащими молитвами - чинно, как подобает, и все сподобились причаститься Святых Божественных Тайн.

ignat-big

Святитель Игнатий Брянчанинов. Собрание сочинений.


ОТНОШЕНИЕ ХРИСТИАНИНА К СТРАСТЯМ ЕГО

Некоторый великий подвижник сказал: «Должно терпеть свои недостатки точно так же, как терпим недостатки других, и снисходить душе своей в ее немощах и несовершенствах. Вместе с этим не должно предаваться нерадению: должно заботиться усердно о исправлении и усовершенствовании себя» [104].

«Не возмущайся, не приходи в недоумение, — сказал некоторый святой отец, — когда увидишь в себе действие какой-либо страсти. Когда восстанет страсть, подвизайся против нее, старайся обуздать и искоренить ее смирением и молитвою» (Преподобного аввы Дорофея поучение 13 о терпении искушений).

Смущение и недоумение, при открывшемся действии страсти, служит доказательством, что человек не познал самого себя (Преподобного аввы Дорофея поучение 13 о терпении искушений).

При свете Слова Божия рассмотрим отношение наше к страстям и немощам нашим, чтоб получить правильное понятие о себе, и, на основании правильного понятия о себе, правильно управлять собою.

Человек в беззакониях зачинается, рождается во грехах (Пс.50:7): следовательно, страсти, или греховные недуги души и тела, свойственны нашему падшему естеству.

Страсти противоестественны непорочному естеству нашему, каким оно было создано; противоестественны страсти и естеству обновленному; они естественны падшей природе. Так, естественны всякой телесной болезни свойства этой болезни; так, естественны болезни и смерть нашему телу, утратившему бессмертие и свойства бессмертия. До падения бессмертие было естественно нашему телу, — болезни и смерть были неестественны.

Страсти — иначе грехи, в обширном значении этого слова. Апостол, когда говорит о грехе, живущем в человеке (Рим.7:14; 17:20), разумеет под словом «грех» заразу злом всего естества человеческого, разумеет страсти. Это состояние называется также состоянием плотским (Рим.7:14; 8:8) и смертию (Рим.7:24; 8:2).

Человек, до искупления рода нашего Спасителем, не мог противиться страстям, хотя бы и хотел: они насильно увлекали его; они властвовали над ним против воли его. Христианин, при посредстве святого Крещения, свергает с себя иго страстей; он получает силу и возможность противиться страстям, попирать их (Преподобного аввы Дорофея, поучение 1-е об отвержении мира). Но и искупленному человеку, человеку обновленному, помещенному в духовном раю в Церкви — предоставлена свобода: по произволу своему, он может или противиться страстям и победить их о Господе, или покоряться и поработиться им. Так и в чувственном раю предоставлено было на произвол первозданному человеку или повиноваться заповеди Божией, или преслушать ее.

Каждое сопротивление, оказанное требованию страсти, ослабляет ее; постоянное сопротивление низлагает ее. Каждое увлечение страстью усиливает ее, постоянное увлечение страстью порабощает срасти увлекающегося ею.

Сопротивление христианина страстям должно простираться до распятия плоти со страстьми и похотьми (Гал.5:24); оно должно простираться в избранных духовных борцах до пролития крови: «отдай кровь и приими Дух» (4-е изречение аввы Лонгина. Достопамятные сказания). Только пострадавший плотию преста от греха (1Пет.4:1). Это значит, только злостраждущий по телу в вольных или невольных подвигах способен противостоять греховным пожеланиям плоти, подавить и заглушить их в себе. Тело, упокоеваемое и лелеемое разнообразной негою и угождениями ему, — вместилище страстей.

Пострадавший и распявшийся за нас Богочеловек требует от учеников и последователей Своих, чтоб они подражали Его страданиям, чтоб пожертвовали всем временным для вечного, тленным для нетленного, чтобы были учениками и последователями Богочеловека самой жизнью.

Необходим подвиг для христианина, но не подвиг освобождает христианина от владычества страстей: освобождает его десница Вышнего, освобождает его благодать Святаго Духа.

Обузданием и умерщвлением плоти, трудами благочестия при тщательном соблюдении евангельских заповедей доставляется христианину истинное смирение. Истинное смирение заключается в полном самоотвержении, в полной преданности Богу, в непрестанном служении Богу. Такое смирение привлекает в душу Божественную благодать. Божественная благодать, осенивши душу, преподает ей духовное ощущение, — и страсти, эти ощущения и влечения плотские и греховные, остаются праздными (Св. Исаак Сирский. Слово 43).

Действие страстей, услаждающее человека плотского, тягостно, мучительно для человека духовного, — возбуждает в нем сильнейшее отвращение. При малейшем появлении или возбуждении страсти, бежит он от нее, как от хищного, лютого зверя, как от убийцы, бежит под покров молитвы, под покров евангельского учения, под покров Божий.

Душа, не возделанная евангельскими заповедями, и тело, не возделанное трудами благочестия, не способны быть храмом Божественной благодати, храмом Святаго Духа.

Сущность подвига заключается в исполнении заповедей. Не обуздывающий своего тела трудами, постом, бдением, молитвенными стояниями и потому предоставляющий господствовать в себе плотскому мудрованию, питающий и поддерживающий в себе страсти, не возможет соделаться исполнителем заповедей.

Смерть, одна смерть вполне освобождает даже святых Божиих от влияния на них греха. Бесстыдны страсти: могут восстать они и в лежащем на смертном одре. Даже на смертном одре невозможно прекратить бдительности над собою. Поверь бесстрастию тела твоего тогда, когда оно уляжется во гроб.

Страсти, пребывая в христианине, постоянно принуждая его быть на страже, постоянно вызывая его на борьбу, содействуют его духовному преуспеянию. «Зло, по премудрому устроению Божественного промысла, содействует благому намерением неблагим», — сказал это преподобный Макарий Великий (Слово 4, гл.6).

Жесткий и тяжеловесный жернов стирает зерна пшеницы в муку, пшеницу соделывает способною к печению из нее хлебов. Тяжкая борьба со страстями стирает сердце человека, сминает надменный дух его, заставляет сознаться в состоянии падения, опытно обнаруживая это состояние, — заставляет сознаться в необходимости искупления, уничтожает надежду на себя, переносит всю надежду на Искупителя.

Должно веровать, что в первородном грехе заключается семя всех страстей, что мы родимся с наклонностью ко всем видам греха: и потому не должно удивляться проявлению и восстанию ни одной страсти, как чему-нибудь необыкновенному и странному.

По свойствам души и тела, по влиянию обстоятельств, в одном человеке действует и развивается с особенной силою одна страсть, в другом — другая: в ином заметна особенная наклонность к сребролюбию, в другом объядению; один увлекается плотским вожделением, другой жаждою суетных почестей. Не увлекающийся какой-либо страстью не должен думать, что нет в нем этой страсти, только не было случая к обнаружению ее.

Постоянно должно быть готовым к противодей- ствию всем страстям. В особенности должно бодрствовать против страсти преобладающей, проявляющейся чаще других страстей, наиболее беспокоящей человека.

Страсти, свойственные падшему естеству, различаются величайшим различием от страстей, усваиваемых произвольно каждым человеком. Сила вторых несравненно значительнее силы первых. Но покаяние, как всемогущее врачевство, преподаемое всемогущим Врачом — Богом, врачует человека, производящего употребить законно это врачевство, врачует со всей удовлетворительностью от всех греховных недугов.

Некоторые страсти служат началом и причиной для других страстей; таковы: объядение, нега, развлечения, роскошь, сребролюбие, славолюбие, неверие. Последствия их: сладострастие, печаль, гнев, памятозлобие, зависть, гордость, забвение Бога, оставление добродетельного жительства.

В духовном подвиге должно преимущественно вооружаться против начальных страстей: последствия их будут уничтожаться сами собой. Отрекшийся от телесных наслаждений, от человеческой славы, от любостяжания, от рассеянной жизни, не будет предаваться гневу и печали, не обуяет его ни гордость, ни зависть; беспрепятственно будет он шествовать по пути заповедей Божиих к спасению, к обширному Богопознанию, доступному для одних чистых сердцем.

Вождь всех страстей — неверие. Оно отверзает вход в душу и сребролюбию, и честолюбию, и скверным вожделениям, и гневу, и печали, и исполнению зол — отчаянию.

Вождь и дверь всех истинных христианских добродетелей — вера.

Страсти живут тайно в людях, проводящих рассеянную, невнимательную жизнь; по большей части они удовлетворяются ими, по большей части не примечаются ими, по большей части оправдываются, — часто признаются за чистейшие, возвышеннейшие добродетели.

Один истинный христианин, постоянно внимающий себе, поучающийся в Законе Господнем день и ночь, старающийся исполнять евангельские заповеди со всей тщательностью, может увидеть свои страсти. Чем более он очищается и преуспевает, тем более страсти обнаруживаются перед ним. Наконец, перед взорами ума, исцеленного Евангелием, открывается страшная пропасть падения человеческого. Христианин видит в себе падение человечества, потому что видит свои страсти. Страсти — знамение греховного смертоносного недуга, которым поражено все человечество.

В какое положение приводит христианина зрение страстей своих, своего падения? — Приводит в плач о себе, в плач горький, неутешный. Никакая земная радость не может остановить, прервать этого плача. Одна Божественная благодать останавливает его по временам, преподавая плачущему и растерзанному сердцу надежду спасения, духовное успокоение и небесное наслаждение, истекающие из мира Христова.

В какое положение приводит христианина открывшееся в нем действие страстей? — Оно восставляет его к усиленной брани против страстей. Подвижник Христов усугубляет свои молитвы, свой пост, свои бдения, свои коленопреклонения и, показуя умственно бедствия свои Богу, ходатайствует неизреченным сокрушением и болезнью сердца о помиловании. Аз же, говорит Божественный Давид, внегда они стужаху ми, облачахся во вретище, и смирях постом душу мою, и молитва моя в недро мое возвратится. Плача и сетуя тако смиряхся (Пс.34:13,14).

Чем обнаруживаются страсти? — Помыслами, мечтаниями и ощущениями греховными. Помыслы и мечтания иногда внезапно являются уму, иногда татебным образом подкрадываются к нему; подобно этому возникают и ощущения в сердце и теле. Греховные помыслы, мечтания и ощущения влекут к совершению греха на самом деле или, по крайней мере, к услаждению и пленению греховными помыслами, мечтаниями, ощущениями, к совершению греха в воображении и чувстве.

Подвижник Христов должен отречься не только от совершения греха делом, но и от совершения его в воображении и чувстве. Каждая страсть усиливается от услаждения ею, от исполнения беззаконных требований и представлений ее тайными душевными движениями. Страсть, исполненная на самом деле или насажденная в душу долговременным сочувствием ей и питанием ее, получает владычество над человеком. Нужно много времени, нужен кровавый подвиг, нужно особенное Божие милосердие, особенная Божия помощь, чтоб свергнуть иго страсти, принятой произвольно, получившей власть над человеком, или от падения человека в смертный грех, или от преступного, произвольного наслаждения грехом в сокровенном душевном чертоге, посвященном Христу.

Невозможно, чтобы страсти, живущие внутри человека, не обнаруживались в его помышлениях, словах и действиях. Эти обнаружения страстей, когда сопровождаются каким бы то ни было увлечением, называются и признаются падениями (преподобный Нил Сорский называет их мысленным падением. Слово 3) на поприще истинного христианского подвижничества, стремящегося к совершенству. Врачуются они немедленным покаянием.

Такие падения — неотъемлемая принадлежность ветхости ветхого Адама: человеческого естества, падшего и зараженного грехом. Особливо новоначальный подвижник не может не увлекаться греховными помыслами, мечтаниями и ощущениями; он не может не согрешать греховными помыслами, мечтаниями и ощущениями; он не может не согрешать словом и самим делом. Согрешения эти врачуются немедленным покаянием.

Не говорится здесь о падениях в смертные грехи и о произвольно греховной жизни, которая вся — падение: здесь говорится о падениях легких от немощи, называемых грехами простительными, от которых и самые праведники не были вовсе свободны.

Свидетельствует Писание: седмерицею падет праведник, и возстанет покаянием (см.: Притч.24:16). Соответственно очищению покаянием уменьшаются увлечения, но вместе они делаются утонченнее, неприметнее, обольщают и обманывают иногда мужей, исполненных Божественной благодати (см.: 1Пар.21:1). Увлечения эти охраняют от превозношения, служат причиной смирения, удерживают на спасительной пажити покаяния (Преподобный Нил Сорский, Слово 3).

Смотря на себя из такого познания себя, должно хранить мир душевный, никак не смущаться и не унывать, не приходить в недоумение, когда откроется в нас действие страстей. Иногда действие это бывает легким, иногда очень сильным. Мужественно воспротивимся страстям.

Не престанут они восставать и нападать на нас до гробовой доски! И мы приготовимся к пожизненному сопротивлению им, в твердом убеждении, что не можем быть постоянными победителями страстей, что по естественной необходимости мы должны подвергаться невольным побеждениям, что самые эти побеждения споспешествуют преуспеянию, когда поддерживают и усиливают в нас покаяние и рождающееся из него смирение. Не будем доверять нашим победам над страстями, не будем восхищаться этими победами. Страсти, подобно орудующим ими демонам, лукавы: они представляются побежденными, чтоб мы превознеслись и чтобы по причине нашего превозношения победа над нами была удобнее и решительнее. Приготовимся смотреть на наши победы и побеждения одинаково: мужественно, хладнокровно, беспристрастно.

Увлекся ли ты мечтаниями греховными, усладился ли греховными помыслами, произнес ли праздное, безрассудное слово, употребил ли много пищи или сделал что другое, подобное этому, — не возмущайся, не малодушествуй, не прилагай вреда ко вреду (Старца Серафима, гл. 10). Покайся немедленно пред сердцеведцем — Богом, старайся исправиться и усовершенствоваться, убедись в необходимости строжайшего наблюдения за собою, и, сохраняя спокойствие души, с твердостью и настойчивостью продолжай духовный путь твой.

Спасение наше — Бог наш, не наши дела. Делами веры, то есть исполнением евангельских заповедей, мы доказываем истину нашей веры и верность нашу Богу.

Не обращай внимания на помыслы ложного смирения, которые по увлечении и падении твоем внушают тебе, что ты невозвратно прогневал Бога твоего, что Бог отвратил лицо Свое от тебя, оставил, забыл тебя. Познай источник этих помыслов по плодам их. Их плоды: уныние, ослабление в духовном подвиге, а часто и оставление его навсегда или на продолжительное время.

Если человекам доступно познание, что каждому подвижнику на продолжительном и многотрудном поприще духовного подвига непременно предлежат и победы и побеждения, что невозможно ограниченности, немощи, греховности нашим не выражаться проявлениями: тем более ведает это Создатель наш и установитель подвига — Бог. С милосердием взирает Он на преткновения Своего подвижника, и за великодушное постоянство и верность готовит ему венец правды, победы, славы.

Вожделенна чистота сердца и тела!  Ею зрится Бог (Мф.5:8). Чистота эта приобретается постоянным и многотрудным подвигом против нечистоты. Для вступления в подвиг против нечистоты необходимо, чтоб она открылась пред взорами ума. Открывается она помыслами, мечтаниями, ощущениями плотскими. Никогда не боровшийся против нечистоты, не ведающий ее, признающий себя чистым, находится в самом опасном самообольщении, способен неожиданно для себя и внезапно низвергнуться в пропасть смертных согрешений: нечистота есть неотъемлемая принадлежность падшего естества, а чистота — дар благодати Божией, привлекаемый правильным трудом человека к очищению себя.

Величайшая разница — согрешать намеренно, по расположению к греху, и согрешать по увлечению и немощи, при расположении благоугождать Богу. Величайшая разница — проводить греховную жизнь, проводить жизнь, удовлетворяя всем пожеланиям, всем страстям своим, и претыкаться по причине немощи, ограниченности, по причине греховной заразы, шествуя по пути Божию.

Опасно преждевременное бесстрастие! Опасно преждевременное получение наслаждения Божественной благодатью. Дары сверхъестественные могут погубить подвижника, не наученного немощи своей падениями, неопытного в жизни, не искусного в борьбе с греховными помыслами, неознакомленного подробно с лукавством и злобой демонов, с удобоизменяемостью человеческого естества. Человек свободен в избрании добра и зла; хотя бы этот человек и был сосудом Божественной благодати: он может злоупотребить самой благодатью Божией. По причине ее он может превознестись над ближними; по причине ее он может подвергнуться самонадеянности. Последствием самонадеянности обыкновенно бывает нерадение, ослабление в подвиге, оставление его. Вслед за нерадением внезап- но, неистово восстают плотские вожделения в душе и теле освященных, увлекают подобно бурному потоку, низвергают в пропасть блудных поползновений, часто в самую смерть душевную.

Человеколюбец — Бог, иже всем человекам хощет спастися, и в разум истины приити (1Тим.2:2), попустил служителям Своим, попустил возлюбленным Своим, на все время земного странствования их, борьбу с внешними и внутренними скорбями. Борьба со страстями и страдания, прозябающие из этой борьбы, несравненно тягостнее всех искушений извне. Томление и подвиг, в которые возводится христианин невидимою, внутренней борьбою, восходит значением своим к подвигу мучеников. Дай кровь и приими Дух, повторяем изречение отцов, ознакомившихся опытно с этой борьбой. Иго такого подвига несут одни тщательные исполнители заповедей Евангелия, одни истинные служители Христа. «Исполнение заповедей научает человека его немощи», — сказал преподобный Симеон (Главы богословские и деятельные, гл. 4. Добротолюбие, ч. 1). На познании и сознании немощи зиждется все здание спасения.

Странный ход дела для поверхностного взгляда! «Исполнения заповедей научает человека его немощи». Но это — слова опыта. Только при тщательном исполнении заповедей Христовых человек может увидеть множество страстей своих; только при тщательном исполнении заповедей Христовых человек может убедиться в совершенном бессилии ветхого Адама для деятельности нового, в справедливости определения, произнесенного духовным законом, определения, что этот закон может быть исполнен единственно щедротами Христовыми (Преподобный Марк Подвижник. О законе духовном, гл. 32).

Во всемогущей деснице промысла самый грех, живущий внутри человека, объявший все существо его, объявший все члены души и тела, содействует его преуспеянию, если этот человек — истинный христианин.

Нищета духовная, сознание своего падения, сознание необходимости в Искупителе, стремление всем существом к исповеданию искупившего нас Сына Божия и Бога, Господа нашего Иисуса Христа — плоды борьбы со страстями. Эти плоды — залог вечного блаженства.

Нищета духовная, падение человечества, живое исповедание Искупителя неизвестны сыну века сего. Он работает страстям, признает в себе обилие достоинств, видит добродетели, — и или ничего не ожидает на небе, не помышляя никогда о небе, или ожидает там наград, как долга, ожидает по причине глубокого неведения о единственной добродетели, награждаемой на небе. Добродетель эта — христианство.

Раб Божий, исполняя евангельские заповеди, более и более открывает в себе страсти, и в то время, как благодать Святаго Духа образует в нем блаженные духовные состояния, нищету духа, плач, кротость, милость, целомудрие, духовный разум, он признает себя грешником из грешников, не соделавшим никакого добра, виновным в бесчисленных согрешениях, достойным вечной муки в геенне огненной за непрестанное нарушение заповедей Божиих.

Святые отцы, видя в себе прозябающим плод духовный от борьбы со страстями, не желали прекращения этой борьбы; они желали претерпевать в ней доблественно, великодушно (Преподобный авва Дорофей, поучение 13). Блаженные! Они не искали другого совершенства, кроме совершенства в смирении; они не искали обрести надежду спасения в чем-либо своем, искали обрести ее во Христе. Где нет смирения, там нет христианских добродетелей, а где истинное смирение, там все добродетели во всей полноте их; там — Христос; там страсти и орудующий ими враг диавол ничтоже успеют на служителя Христова, и сын беззакония, грех, не приложит озлобити его (Пс.88:23).

Последуем стопам отцов, — и достигнем в пристань вечного блаженства. Аминь.

filaret-big

Сокровищница духовной мудрости.


Богоуподобление

...Последует Христу тот, кто держится заповедей Его, кто шествует путем Его учения, идет по стопам и следам Его, подражает учению и делам Христовым... (сщмч. Киприан Карфагенский, 65, 318).

***

Не мимоходом выслушивать богословские слова, но прилагать старание в каждом речении и в каждом слоге открывать сокровенный смысл, есть дело не нерадивых в благочестии, но знающих цель нашего призвания; потому что мы обязаны уподобляться Богу, сколько это возможно для естества человеческого; уподобление же невозможно без ведения... (свт. Василий Великий, 7, 192).

***

...Бог, сотворивший человека, есть истинная жизнь: потому, кто утратил подобие Божие, тот утратил и общение с жизнью... (свт. Василий Великий, 9, 56).

***

Если хочешь быть богом, показывай свою деятельность не в том, чтобы делать зло, но в том, чтобы делать добро (свт. Григорий Богослов, 16, 208).

***

Блажен человек, который пред очами имеет Небесного Владыку и Его страдания, который распял себя самого для всех страстей и для всего земного и стал подражателем собственного своего Владыки (прп. Ефрем Сирин, 32, 222).

***

...Кто соделался чуждым всего разумеемого под именем порока, тот некоторым образом по такому нраву делается богом, доводя до преспеяния в себе то, что разум признает и о Божественном естестве (свт. Григорий Нисский, 18, 452).

***

...Конец добродетельной жизни есть уподобление Божеству. Но Бесстрастное и Чистое совершенно неподражаемо для людей; потому что совершенно невозможно, чтобы жизнь страстная уподобилась Естеству, не допускающему в себе страстей. Посему, если блажен един Бог, как именует Его Апостол (ср.: 1 Тим. 6, 15), а для людей общение в блаженстве возможно чрез уподобление Богу, подражание же это крайне трудно, то следует, что и блаженство человеческой жизни недоступно. Но и в Божестве есть нечто такое, что, как возможное, предлагается желающим для подражания. Что же это именно?.. — нищета духа; ею Писание именует добровольное смиренномудрие. В пример же оной Апостол показывает нищету Божию, говоря: Он нас ради обнища богат сый, да мы нищетою Его обогатимся (ср.: 2 Кор. 8, 9). Итак, поелику все прочее, что усматривается относящимся к Божественному естеству, превышает меру естества человеческого, а смирение есть нечто нам сродное и совозросшее с нами, которые по земле ходим, из земли имеем состав и в землю возвращаемся; то и ты, уподобившись Богу в том, что для тебя естественно и возможно, сам облачаешься в блаженный сей Образ (свт. Григорий Нисский, 19, 366—367).

***

...Не иначе можно возвыситься до Бога, как только всегда взирая в горнее и имея непрекращающееся вожделение высшего... (свт. Григорий Нисский, 19, 419).

***

Видишь ли, как беспредельно шествие для восходящих к Богу, как пройденное делается всегда началом тому, что лежит выше? (свт. Григорий Нисский, 20, 276).

***

Скажешь мне: но как для человеческого смирения возможно простирать стремление к блаженству, усматриваемому в Боге. когда в сом самом повелении как будто выказывается неудобоисполнимость его? Ибо как возможно земному уподобиться Тому, Кто на небесах, когда самое различие по естеству показывает недостижимость подражания? Ибо как невозможно лицом достать до величия небес и содержащихся в них красот, так и земному человеку равно невозможно уподобиться Небесному Богу. Но Слово (Писания) о сем ясно: не приравнивать естество человеческое естеству Божескому повелевает оно, но (Его) благим действиям, сколько возможно, подражать в жизни. Итак, какого рода наши действия могут быть подобны действиям Божиим? Отчуждаться всякого зла, сколько возможно, делом, словом и помышлением стараясь быть чистыми от осквернения им (свт. Григорий Нисский, 24, 219—220).

***

Ничем столько человек не уподобляется Богу, как благотворением другим. Но делая благодеяния, всячески опасаться должно, как бы не обратить их в промысл (авва Евагрий, 89, 634).

***

...Мы уподобляемся Богу... тогда, когда делаем правду, показываем человеколюбие, бываем добрыми и кроткими, оказываем милосердие к ближним, упражняемся во всякой добродетели (свт. Иоанн Златоуст, 50, 448).

***

...Как нам... сделаться подражателями Христу? — Делая все для общего блага и не ища своего (свт. Иоанн Златоуст, 52, 101).

***

...Тому, кто истинно хочет следовать Богу, нужно отрешиться от уз житейских привязанностей, а это совершается чрез удаление и забвение старых привычек (свт. Иоанн Златоуст, 53, 966—967).

***

Ничем ты не можешь столько подражать Христу, как попечением о ближних; постишься ли ты, спишь ли на земле, изнуряешь ли себя, но если ты не печешься о ближнем, то не делаешь ничего важного, и при всем том еще далеко отстоишь от образца (свт. Иоанн Златоуст, 54, 247).

***

Мы можем уподобиться Богу тем, если будем любить всех, даже и врагов, а не тем, если будем совершать знамения... (свт. Иоанн Златоуст, 56, 37).

***

...Кто желает быть подобным Богу, пусть будет, по силе человеческой, кротким и смиренным, и пусть благородно переносит, когда будет терпеть что-либо ужасное от посторонних (свт. Иоанн Златоуст, 56, 390).

***

...Кто посредством любви достигает уподобления Богу, тот будет находить удовольствие в добре по самому уже расположению к добру (прп. авва Херемон, 57, 375).

***

...Если хочешь уподобиться Христу, то прощай падшим грехи великие; потому что на малые и как бы общие не обращают многие и внимания, и прощают их по одной просьбе; а грехи тяжкие отпускаются только теми, у которых высока совесть пред Богом... (прп. Исидор Пелусиот, 61, 97).

***

...Хотя Владычная добродетель и неподражаема, но, когда по возможности стараемся подражать ей, не будем в подражании безуспешными. Как учители чистописания, взяв грифель, с великой красотою начертывают для детей буквы, чтобы дошли хотя до низшей степени подражания, так и Божия благодать предложила нам образцы добродетели, чтобы мы подражали, сколько для нас достижимо. Посему то, что не можем подражать совершенно, да не отвращает нас от того, что для нас возможно, но наипаче великим да представляется нам то, что удостоены мы, хотя отчасти, соделаться подражателями Божию образу (прп. Исидор Пелусиот, 63, 352).

***

Если все имена, усвояемые Божественному и чистому естеству, превышают меру человечества, то всего приличнее для нас уподобляться Божеству в возможном и сообразном с нашею природою. Что же это такое? — Смиренномудрие (прп. Исидор Пелусиот, 63, 355).

***

Все мы люди по образу Божию есмы; быть же по подобию Божию есть принадлежность одних тех, которые по великой любви свободу свою поработили Богу. Ибо когда мы не бываем своими самим себе, отвергаемся себя, тогда бываем подобны Тому, Кто по любви Своей примирил нас с Собою; — чего никто не может достигнуть, если не убедит души своей не увлекаться прелестями жизни самодовольной и самоугодливой (блж. Диадох, 91, 9).

***

Твердое и верное основание надежды на обожение для естества человеческого есть вочеловечение Бога, в такой мере делающее человека богом, в какой Сам Бог соделался человеком. Ибо явно, что Соделавшийся без греха человеком может обожить и естество без преложения его в Божество, в такой мере возвысив его до Себя, в какой Сам смирил Себя человека ради (прп. Максим Исповедник, 91, 257).

***

Трудами и искушениями должны мы очистить образ, по коему были мы созданы разумными и способными воспринимать всякое разумение и Богу уподобление, нося чувства, чистые от всякой скверны чрез переплавление их некако в пещи искушений, и претворяемы бывал в царское достоинство (прп. авва Филимон, 91, 367).

***

...Кто сочетал свою волю с Божественным Духом, тот соделался богоподобным; восприняв в сердце Христа, он (поистине) стал христианином от Христа, имея в себе вообразившимся Единого Христа, совершенно неуловимого и поистине неприступного для всех тварей (прп. Симеон Новый Богослов, 78, 45).

***

Как голый телом, когда наденет какую-либо одежду, чувствует то и видит, что это за одежда, так и обнаженный душою, когда облекается в Бога, чувствует то и познает (прп. Симеон Новый Богослов, 77, 109—110).

***

Богоподобна, сколько оно для нас доступно, невозможно улучить ревнителю, если он наперед теплыми слезами не смоет приразившейся к нему тины греховной и не прилепится к исполнению святых заповедей Христовых. Иначе невозможно ему сделаться причастником неизреченных Божиих благ. Ибо желающий умно вкусить божественной сладости всецело отстает от всякого мирского чувства и душу свою всю занимает созерцанием отложенных святым благ (прп. Никита Стифат, 93, 160).

***

Сохранить неизменным богоподобие, стяжеваемое крайнею чистотою и полною любовью к Богу, возможно только при непрестанном простирании ока ума к Богу, в Котором душа обыкновенно установляется чрез постоянное пребывание в доброделании, чрез непрестанную, чистую и непарительную молитву, чрез всестороннее воздержание и усердное чтение Писаний (прп. Никита Стифат, 93, 160).

***

Подобие человека Богу, признанное Богом, доставит человеку блаженную вечность; утрата этого подобия влечет за собою изгнание от мира Божия в мрачный ад, в его огненную пропасть на вечные страдания (свт. Игнатий Брянчанинов, 42, 505).

***

Сердце становится богоподобным, когда оно отрешается от всех привязанностей земных и прилепляется к вещам духовным и небесным (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 88, 94).

svtf-big

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года.

(Мк. 13, 31-14, 2). На что вчера навел нас Апостол, то ныне прямо внушает нам Евангелие. "Смотрите, бодрствуйте, молитесь; ибо не знаете, когда наступит это время. Итак, бодрствуйте. . . чтобы, пришед внезапно, не нашел вас спящими". Надобно ждать, и каждое мгновение держать в мысли, что вот-вот явится Господь и воссияет как молния от одного конца вселенной до другого. Иным думается, что можно это ожидание Господа заменить ожиданием смерти. Хорошо и это, или хоть это. Но ожидание Господня пришествия одно, а ожидание смерти - иное. Иная мысль о том и другом; иное и чувство, рождающееся под действием той и другой мысли. Дня Господня жди, в который все кончится определением безвозвратным. После смерти все еще будет длиться время нерешенного состояния; а день Господень все распределит на вечные веки, и запечатлеет так, что уж не жди изменения. Ждал, говоришь. И еще жди. И все жди. Но это, скажешь, отравит все радости. Не отравит, а только изгонит из порядков твоей жизни такие радости, которые незаконно пользуются этим именем. Будешь и при этом радоваться, но только о Господе. И Господа ждать при такой радости можно, и если Господь застанет тебя в этой радости, не взыщет, а похвалит.

(1 Ин. 1, 1-15). Что значит "ходить во истине"? Значит, приняв истину в сердце, так держать себя в мыслях и чувствах, как требуется истиною. Таким образом, что Бог есть везде и все видит, - это есть истина: кто примет эту истину сердцем и станет держать себя - и внутренне, и внешне - так, как бы перед ним был Сам Бог и все в нем видел, тот будет и ходить в этой истине. Что Бог все содержит, и что без Него мы ничего не можем успешно делать - это истина: кто примет ее сердцем и станет во всем, что бы ни делал, обращаться в молитве за помощью к Богу, и принимать все, что с ним ни случилось бы, как от руки Господней, тот будет ходить в этой истине. Что смерть каждый час может нас похитить, а по смерти тотчас и суд Божий, это истина: кто примет эту истину сердцем и станет так жить, тот будет ходить в этой истине. Так и относительно всякой другой истины.

svyatie-big

Изречения Святых Отцов.

Авва Сисой говорил: будь смиренным, отвергайся своей воли, не имей земных попечений, - и обрящешь покой (Матф. 11, 29).

Древний Патерик
day-small gur-small dbro-small ignat-small
fiaret-small svtf-small svyt-small

Благодатная Оптина. Старчество.

Погода в Бийске